Лингвистический энциклопедический словарь

Евре́йская языкове́дческая тради́ция —

совокупность способов описания и осмысления древнееврейского языка, складывавшаяся начиная с первых веков на Ближнем Востоке, а с 10 в. также в Европе.

Сведений о лингвистических знаниях в период существования живого древнееврейского языка не сохранилось; написанные на этом языке литературные тексты, став частью Ветхого завета, сделались каноническими в конце 2 в. и ограждались от влияния разговорного языка. Послебиблейская литера­ту­ра (так называ­е­мая талмудическая, 2 в. до н. э. — 5 в. н. э.) писалась на древнееврейском языке, отличав­шем­ся от языка Ветхого завета (мишнаистская литературная норма; см. Гебраистика), а отдельные её части — на разговорных арамейских диалектах: галилейско-палестинском, южнопалестинском и вавилонском. В этой языковой ситуации священные тексты начали переводить на арамейский язык, в связи с чем и возникли суждения о технике и общих проблемах перевода. Система­ти­че­ско­го изложения языковедческих знаний этого времени не дошло, и судить о них можно лишь по терминам и отдельным лингвистическим положениям, встречающимся в послебиблейской литературе. Традиционалисты-текстологи (масореты), ставя себе целью охранять текст Ветхого завета от искаже­ний, фиксировали на полях и в конце канона Ветхого завета варианты написаний и чтения слов и словосочетаний. В 6—8 вв. было создано несколько систем огласовок: вавилонская, палестинская и Тивериадская; последняя, наиболее распро­стра­нён­ная, имела диакритики для разли­че­ния гласных и их качества, удвоения согласных и др. (см. Матрес лекционис). Начиная с 10 в. текст Ветхого завета, огласованный тивериадскими знаками, лёг в основу грамматического описания древне­еврей­ско­го языка.

В мистическом сочинении «Книга созидания» (8 в., Палестина) было сформулировано деление «букв» (т. е. фонем) на 5 групп по их произношению, в современной терминологии — лабиальные, дентальные, велярные (включая y), сибилянты (включая r) и фарингально-ларингальные («гортан­ные»). Первую грамматику древнееврейского языка «Книги языка» создал в начале 10 в. Саадия Гаон, философ, языковед, переводчик Ветхого завета на арабский язык. Он дал деление букв на 11 корневых и 11 служебных, определил по арабскому образцу 3 части речи — глагол, имя, частицы, предложил парадигму древнееврейского глагола, но, не опознав категорию глагольной породы, составил лишь ряд словоформ основной и каузативной пород. Корни древнееврейского языка он считал одно-, двух- и трёхсогласными. Ему принадлежат также словарь древнееврейских слов в алфавитном порядке и слов по последним согласным; словарь слов, встречающихся один раз в Ветхом завете, и список трудных слов Мишны.

В середине 10 в. в Испании Менахем бен Сарук составил корневой словарь «Тетрадь» с включением в гнездо предполагаемых производных. Учёный не проводил сравнений древне­еврей­ско­го языка с другими языками, хотя в 1‑й половине 10 в. Йегуда ибн Курайш из Феса (Северная Африка) выдвинул принципиально важное положение о близости древнееврейского, арамейского и арабского языков.

Собственно научное исследование древнееврейского языка началось на рубеже 10—11 вв. в работах Йегуды бен Давида Хайюджа, писавшего на арабском языке и выделившего в монографи­че­ском сочинении «Книга о глаголах со „слабыми“ буквами» и «Книга о глаголах с двумя подобными корне­вы­ми буквами» основные категории морфологии глагола, в частности категорию глагольных пород древнееврейского языка; фактически впервые последовательно определялся состав корня, причём Хайюдж сформулировал положение о трёхсогласном составе древнееврейского глагольного корня. Впоследствии Б. Дельбрюк отмечал, что понятие корня проникло в европейскую языко­вед­че­скую науку из еврейской грамматической традиции, восходящей к Хайюджу, чьи идеи продержались в европейской семитологии до конца 19 в.

Последователь Хайюджа Абу-ль-Валид Мерван ибн Джанах (рабби Йона), живший в Испании в конце 10 — 1‑й половине 11 вв., стремился дать полное научное описание древнееврейского языка, но в своём сочинении в двух частях на арабском языке «Книга критического исследования» сознательно опустил те разделы грамматики и лексики, которые имелись в трудах Хайюджа, и раздел об огласовке. Освещая в 1‑й части проблемы строя древнееврейского языка, ибн Джанах 2‑ю часть целиком отвёл корневому словарю, составленному в алфавитном порядке. При словоформах приводятся примеры из Ветхого завета, указания на грамматическую категорию и (не везде) арабский перевод. Автор проводил сравне­ния с арабским языком, арамейским и языком Мишны, обращая внимание на полисемию.

Современник ибн Джанаха Самуил ха-Нагид, живший также в Испании, составил фундамен­таль­ный корневой словарь «Книга, избавляющая от нужды обращаться к другим книгам», куда включены были все слова и словоформы, встречающиеся в Ветхом завете. Сохранившиеся фрагменты этого словаря были изданы П. К. Коковцовым в 1916. В начале 12 в. в Испании Исаак ибн Барун в своём сочинении «Книга сравнения еврейского языка с арабским» впервые в истории изучения этих двух языков сопоставил их в грамматическом и лексическом плане; теоретически основанная на трудах Хайюджа и его преемников, книга эта отмечена строгой систематичностью. Она впервые была издана Коковцовым (1893).

Одновременно с Хайюджем и его последователями изучали язык караимские учёные, создавшие своеобразное описание грамматического строя древнееврейского языка. Крупнейшим грамматистом этого направления был Абу-ль-Фарадж Харун ибн аль-Фарадж (конец 10 — 1‑я половина 11 вв., Иерусалим), не принявший закон о трёхсогласном составе корня и потому не различавший все составные части глагольных словоформ. Но его описания инфинитива, имени, частиц и синтакси­че­ских структур были, видимо, приняты во внимание ибн Джанахом.

Работами Самуила ха-Нагида и ибн Баруна завершается период творческого подъема в истории основного направления еврейского языкознания. Начинается деятельность языковедов-популяри­за­то­ров, писавших только на древнееврейском языке, таких, как, например, Авраам бен Меир ибн Эзра (конец 11 — 12 вв.), расширивший еврейскую языковедческую терминологию в основном за счёт пере­во­дов с арабского языка, Иосиф Кимхи (12 в.), введший в сочинении «Памятная книга» под влиянием латинской языковедческой традиции систему долгих (5) и кратких (5) гласных в древнееврейской грамматике, Моисей бен Иосиф Кимхи (12 в.), книга которого «Движение по пути знания» излагала основы грамматики, использовалась в учебных целях и неоднократно переиздавалась, Давид Кимхи (2‑я половина 12 — 1‑я половина 13 вв.), автор грамматического сочинения «Совершенство» и словаря «Книга корней», вытеснившего не только арабоязычные труды Хайюджа и ибн Джанаха, но и переводы этих трудов на древнееврейский язык, Илья Левита (2‑я половина 15— 1‑я половина 16 вв.), автор критической истории масоры, популярных книг по грамматике и сочинений по лексикологии (словарь арамейских слов Ветхого завета и словарь древнееврейских слов послебиблейской литературы).

Книги Кимхидов и Левиты в эпоху Возрождения легли в основу обучения древнееврейскому и арамей­ско­му языкам и в основу развития семитологии в христианских университетах Западной Европы. Иоганн Рейхлин (начало 16 в.) излагал учебный курс древнееврейского языка по Д. Кимхи, книга М. Кимхи «Движение по пути знания» была переведена Себастьяном Мюнстером на латинский язык.

М. Н. Зислин.